Меню
16+

Городская газета «Льговские новости»

13.02.2020 11:05 Четверг
Категории (2):
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 11 от 13.02.2020 г.

Дорогами необъявленной войны

Автор: Надежда ШИШКОВА
Главный редактор

15 февраля отмечается 31-я годовщина вывода советских войск из Афганистана.

Два года и 18 дней интернациональный долг там выполнял льговчанин Н. П. Головин.

Он – уроженец нашего города, выпускник СОШ № 2. Когда пришло время выбрать профессию, долго не раздумывал и послушался деда. Тот сказал: станешь военным, буду тебя любить. Сам Иван Никитич Головин прошёл всю Великую Отечественную, его фронтовые дороги пролегли через Смоленск, Сталинград, Польшу, Кёнигсберг и Берлин. Он был дважды ранен в голову. О годах военного лихолетья вспоминать не любил. Умер в 1975 году в возрасте 65 лет.

В 1973-м, после окончания школы, Николай поступил в Тамбовское артиллерийско-техническое училище. Выпустился в 1976-м и по распределению попал в воинскую часть г. Нахичевань Азербайджанской ССР командиром взвода. Потом был переведён в Тбилиси командиром роты. 18 сентября 1983-го, вернувшись из отпуска, узнал о предстоящей командировке в Афганистан. За три дня сдал дела и 23 числа того же месяца был уже на месте: самолётом из Тбилиси добрался до пересыльного пункта в Ташкенте, а оттуда в Кабул, там дождался попутного вертолёта до пункта назначения Гардеза – города в провинции Пактия, граничащей с Пакистаном.

В чужом краю

Головин получил назначение помощником начальника ракетно-артиллерийской службы в/ч № 44585 56-й десантно-штурмовой бригады.

«Первые впечатления были самыми яркими, – рассказывает Николай Павлович. – Афганистан – земля солнца и гор, перекрёсток дорог и времён. Прибывавшим туда советским воинам сначала надо было привыкнуть к неоднородному из-за большого количества возвышенностей субтропическому климату. Лето в стране жаркое, а зима холодная, до метра снега выпадало, перемерзал водопровод. Если у подножия горы цвели тюльпаны, то на вершине лежал снег. Жители степных регионов СССР и центрального Черноземья, например, плохо приживались в чужом краю – суровом, глухом и неприветливом. Я уезжал из Закавказья, поэтому адаптировался в новых условиях легко. Вообще когда отравлялся выполнять служебный долг в ДРА, не боялся, было даже интересно. К тому же патриотическое воспитание, привитое с детства, усиливало желание выполнить приказ Родины».

Н. П. Головин отвечал за снабжение бригады боеприпасами – снарядами к танкам, миномётам, пушкам, реактивным установкам и ручному вооружению. Их надо было заказывать, принимать и распределять. Но самой сложной задачей оказалась доставка запасов с армейских складов или близлежащих воинских частей. Поскольку война велась в горной стране, всё необходимое для жизнеобеспечения и боевых действий везли автотранспортом. За девять лет, в течение которых осуществлялась проводка колонн, выработалась определённая система, позволявшая минимизировать потери в технике, людях и грузах. Работало правило, по которому командиры ближайших частей обязаны были выдавать войскам боеприпасы без дополнительных согласований и ограничений. По словам Николая Павловича, делать это могли по простой доверенности, ведь все друг друга знали.

В путь отправлялась автоколонна, сформированная обычно из 18-ти транспортных средств – трёх боевых разведывательно-дозорных машин (БРДМ) и «УРАЛов», а также 36-ти, максимум 50 человек, по двое в каждом автомобиле. Это были водитель и старшина. Две БРДМ с сапёрами двигались впереди, третья замыкала цепочку. Несмотря на меры предосторожности, такие автоколонны были уязвимы, что обуславливалось слабо развитой сетью дорог, значительная часть которых пролегала через горные массивы. Большое количество серпантинов и малый радиус поворота порой исключали возможность встречного движения. Моджахеды нападали внезапно, чаще всего в «зелёной зоне»; устанавливали на маршрутах мины; разрушали отдельные участки, копая поперечные канавы; сужали проезжую часть; рассыпали острые предметы; переворачивали большие машины, чтобы преградить путь.

Особое коварство противник проявлял в населённых пунктах. В них, как правило, располагались небольшие группы мятежников по 25-30 человек. Самым страшным местом Николай Павлович называет местечко Бараки-Барак, очень удобное для засады своим рельефом с речкой и «зелёнкой», где обученные члены бандформирований грамотно укрывались.

В обязанности Н. П. Головина также входили проверка вооружения и контроль за его хранением, чтобы по разгильдяйству никто не оставил в технике гранату и по неосторожности не подорвался на ней.

Счастливый и удачливый

Герой публикации называет себя счастливым и удачливым, потому что и сам уцелел, даже ранен не был, и сослуживцев сохранил.

«Ни одна мать не скажет, что я потерял её сына», – говорит Николай Павлович, бережно относившийся к простым солдатам. Из них только один получил небольшое ранение во время разминирования дороги, по которой двигалась колонна с боеприпасами.

«Для меня наглядным примером служил командир бригады Виктор Чижиков, который строго спрашивал с офицеров за потери, не терпел неоправданного риска, под пули ребят не подставлял, за их спинами не прятался. Как и в других локальных конфликтах, в Афгане на рвении и порядочности лейтенантов, капитанов и майоров держалось качество жизни солдат. Для большинства из них в той далёкой стране всё было непривычным. Война стала испытанием на стойкость. Эффективность выполнения задач зависела не только от тактической подготовки, оснащённости техникой и снаряжением, но также от физического и психологического состояния. Комбриг соответствовал нашим представлениям об идеальным руководителе. Его подчинённые были сыты, обуты, одеты и обучены», – продолжает Головин.

По его словам, быт налаживали, как умели. Офицеры жили в модулях – сборных щитовых казармах. Они – одна из отличительных черт афганской войны. Комната, в которой помещались шкаф, стол, стулья и кровати, была рассчитана на три человека. Солдатский контингент «квартировал» в палатках. В качестве утеплителя внутри складывали один на другой и сколачивали пустые ящики от боеприпасов, щели заделывали мхом и травой. Но первым делом бойцы мастерили баню, а если повезёт, приспосабливали под неё дувал (глинобитный дом). В ход шли подсобные средства – снарядные ящики и палатки, в качестве душа использовали подвесные топливные баки от боевых самолётов. Грязными советские военнослужащие никогда не ходили. Свою помывочную имели все части. Правда, другие условия были примитивными: туалет на улице, умывальник – тоже.

Кормила бойцов полевая кухня, причём довольно неплохо. «Все военнослужащие обеспечивались горячим трёхразовым питанием, а во время выполнения боевых задач – сухим пайком: общевойсковым – летом, а более калорийным десантным, в состав которого дополнительно входили сало, шоколад, сгущёнка, кофе, – зимой, – делится воспоминаниями герой публикации. – Питание ухудшалось, только когда портилась погода. Из-за большой облачности горный перевал закрывался, и «вертушки» не могли к нам пробиться. Тогда кормёжка становилась однообразной: месяц ели перловку или гречку».

На чужбине со всех сторон грозили опасности. Практически каждый «афганец» перенёс тиф или гепатит, малярию. При 100-тысячной армии 30000-35000 человек в год заражались. В подразделении, где служил Н. П. Головин, болели мало, потому что находилось оно в высокогорье, где микробы в холоде гибли.

Война войной, а иногда находилось место и празднику. Боевой дух солдат однажды поддержал ансамбль из Воронежа, исполнивший песни и танцы. Девчата выступили, но из-за плохой погоды в части застряли. «Вертушки» смогли прилететь за ними через две недели.

Главное богатство – наше братство

В полной мере на чужбине раскрылось понятие «боевая семья»: всё делилось поровну – и трудности, и радости, и горе.

«Ни одного солдата мы не оставили на поле боя – ни раненого, ни убитого. Никто не перешёл на сторону противника. Чувства коллективизма, взаимовыручки и дружбы были превыше всего. Девиз воинов-интернационалистов – «Сам погибай, а товарища выручай», – объясняет Н. П. Головин. Он не может забыть такой случай: «На границе с Пакистаном произошла жестокая схватка с наёмниками – «чёрными аистами». Молодой командир взвода лейтенант Яблоков остался прикрывать выход своего подразделения из окружения, отстреливаясь из пулемёта, и погиб смертью храбрых. Чуть позже четверо бойцов пожертвовали собой, чтобы вытащить его бездыханное тело с поля боя. За свой подвиг Яблоков был награждён орденом Ленина посмертно».

Как-то раз нашему герою пришлось оказывать первую помощь. Было это в селении Нарай, куда он доставил боеприпасы. Солдаты начали выгружать их из вертолёта. Один, чтобы срезать путь к своему орудию, сошёл с проверенной тропы и наступил на мину. Человеку по колено оторвало ногу. Товарищи подняли его на борт. Николай вколол бойцу «Промедол» и перетянул конечность ремнём, подождал, пока перестанет течь кровь, крепко забинтовал рану.

Письмецо в конверте

Воины-«афганцы» жили, мечтали и думали, как выполнить задания и вернуться домой. В Союзе Николая Головина ждали жена и маленькая дочь Людмила. Они переписывались. Послания обязательно шли через Москву, проверялись и приходили к адресатам со штампом «Прибыло в развёрнутом виде».

«Здравствуй, мой маленький котёночек, – писал Николай Павлович дочке. – А вот и я. Видишь, на каком автомобиле? А улыбаюсь потому, что скоро прилечу домой и станем мы вместе кататься, только на другой машине. Главное, чтоб ты хорошо училась и слушалась маму. Я без тебя очень скучаю. Твой папа».

А на обратной стороне одного из снимков Николай черкнул супруге несколько строк: «Получил кучу твоих писем. Но отвечу скоро. Праздники были в разъездах, гуляли по старым местам, вот поэтому и не писал. Всё, что говорила, сделаю. Жив, здоров, не болею».

А говорила жена сделать для дочери модную в те времена проволочную брошку-бабочку, которую девочка увидела на телеведущей. Желание Людочки Николай исполнил.

Афганский альбом

Всё, что связано с Афганистаном, Н. П. Головин бережно хранит. В семейном архиве целый альбом посвящён этому этапу жизни. Пользуясь служебным положением, Головин занимался фотосъёмкой и сумел сделать немало интересных кадров, запечатлевших горные пейзажи, боевых товарищей, добытые трофеи, занятия в редкие минуты отдыха. Карточки – чёрно-белые, уже пожелтевшие, зато воспоминания яркие, цветные. Офицер Головин не ленился подписывать снимки, поэтому сейчас ему не составляет труда освежить в памяти события более чем 30-летней давности, назвать имена их очевидцев и участников.

Вот Николай на изъятой у «духов» оригинальной машине. «По части украшательства афганцы – мастера. Чтобы «нарядить», своих стальных коней обычно отправляли на «тюнинг» в мастерскую, где металлические двери меняли на деревянные, инкрустировали сиденья, наращивали борта, разрисовывали кабину, вешали на неё картины, бахрому, красивые ткани, гирлянды, прикручивали мишуру, – рассказывает о своих наблюдениях ветеран боевых действий. – Некоторые покупали новый автомобиль не целиком, а только раму с мотором и колёсами. Остальное добавляли по своему вкусу».

Трогательное фото с собакой Лотосом, сделано в марте 1985 г. в Ургуне. Четвероногий друг отлично искал мины, был контужен, жил с офицерами в модуле.

На нескольких снимках – трофейная техника: английские и итальянские мины, китайские зенитные установки, миномёты. Противник, пользовавшийся поддержкой ведущих государств НАТО, был до зубов вооружён и опасен.

Неизбежная и не напрасная

Афганская командировка Головина закончилась в 1985-м, когда прибыла замена. Вернувшись в Союз, он до 1994 г. служил начальником ракетно-артиллерийского вооружения полка в украинском городе Белая церковь. Уйдя в отставку, работал мастером стройучастка на Лебединском ГОКе.

Жизненные пути-дороги привели во Льгов. Уже больше двадцати лет Николай Павлович счастлив в другом браке. Жизнью доволен. Майор в отставке, он считает, что не созрел ещё до заслуженного отдыха и трудится оператором насосной станции ОАО «Сахкомбинат «Льговский». Увлекается рыбалкой. Любимое место для отдыха с удочкой – сахзаводская плотина. В умиротворяющей обстановке нет-нет да и нахлынут воспоминания. Плохое забылось, осталось хорошее – дружеский дух, боевое братство, удивительная страна контрастов и убеждённость в том, что война, длившаяся в два раза дольше, чем Великая Отечественная, была неизбежной и не напрасной. «Один из аргументов в пользу этого заключается в том, что она стала своеобразным полигоном по обкатке и проверке в боевых условиях самого нового и современного оружия, ведь чтобы армия поддерживала боеспособность, должна воевать, иначе будет бесполезной. Но главное – советские солдаты и офицеры оказали поддержку установившемуся в Афганистане демократическому строю и братскому народу, мечтавшему о мире и справедливости», – высказал своё мнение ветеран боевых действий. Не случайно тех, кто выполнил интернациональный долг, люди называют «афганцами».

Фото из личного архива Н. П. ГОЛОВИНА

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

26